Логотип персонального сайта В.М.Стецюка
Письмо на сайт
Версия для печати
Лента новостей (RSS)
Предыстория: Познание замыслов и деяний Божиих

Предыстория: Познание замыслов и деяний Божиих


История уходящего тысячелетия учит нас, что следует идти одной дорогой: не терять вожделения к окончательной истине, самоотверженно искать ее и смело открывать новые пути. Именно вера заставляет разум преодолевать всевозможные барьеры изоляции и не колеблясь идти на риск в поисках всего прекрасного, доброго, истинного.

(Из энциклики Папы Ивана Павла ІІ “Fides et ratio”. 56. 14 сентября 1998).










В начале 3-го тысячелетия человечество озабочено своим будущим. Две мировые войны дали многим мыслителям основание сомневаться в том прогрессе, который сделало человечество за последние столетия. Несмотря на прогресс, обусловленный тесным взаимодействием науки и бизнеса, имевшее следствием создание глобальной культуры, количество нерешенных проблем на нашей планете растет:


Большая (и растущая) часть населения по-прежнему живет в голоде и нищете; плодородные почвы истощается; загрязнение земли, воды и воздуха неблагоприятно влияет на обитателей Земли. В результате глобального потепления атмосфера становится все более турбулентной, и многие виды животного и растительного мира вымирают с такой скоростью, какой не бывало со времен пермского — конца мелового периода. Способность государств защишать своих граждан уменьшается по мере активизации транснациональных организаций, осуществляющих беспорядочную торговлю товарами и услугами. Экстраординарное распространение информационных технологий привело к тому, что чье-то решение об инвестициях или перемещение капитала способно обрушить мировые рынки и даже смести правительство. Растущий хаос в природе сопровождается политическим хаосом. О стабильности и надежности не может быть и речи, а ведь именно они должны были стать результатом научно-технического прогресса. Мы неожиданно оказались на пороге темного века, гораздо более опасного, чем Средневековье, ибо дезинтеграция носит глобальный характер (Гудвин Брайан, 2008, 48-49).


К указанным проблемам можно добавить масштабные террористические акты, непрерывные локальные войны, распространение наркомании, новых массовых заболеваний. Некоторые ученые заостряют внимание на других процессах и явлениях не столь очевидных, но настолько потенциально опасных для человечества, что в возможном новом "темном веке" будут уничтожены все современные культуры и цивилизации (Flechtheim Ossip K., 1988, 18). Они не сомневаются, что весь мир переживает моральный или системный кризис. Следствием научно-технического прогресса стало нивелирование личности, в которой теперь доминируют черты или потребителя, или производителя. Человек становится придатком к машине с соответствующим этой машине культурным и нравственным уровнем. Такое положение в современном мире А.П. Назаретян объясняет техно-гуманитарным дисбалансом, который проявляется в том, что средства культурной регуляции не соответствует возросшей мощи производственных технологий (Назаретян А.П. 2004). Главной причиной дисбаланса является отставания гуманитарных наук от развития естественных, а это стало следствием распространения феномена, названного Максом Вебером по-немецки "Entzauberung der Welt", что может быть приблизительно переведено как "избавление от чар, демифологизация мира". Суть и последствия этого феномена кратко определены так:


… научно-технический прогресс и усиление влияния естественных наук приводят к упованию на принципиальную предсказуемость и техническую управляемость мира, в котором боги и другими непредсказуемые силы будут не у дел. Абсолютно уже больше нет веры в исключительно захватывающего Бога (Hoffmann Julia. 2014, 1).


Задумываясь над такими кардинальными переменами, мы задаем себе вопрос: куда же мы идем и что будет дальше? Немецкий философ Рюдигер Лутц на этот вопрос дал такой ответ: "Будущее открыто, неопределенное и неоднозначно предсказуемо. И этот факт также дает нам шанс" (Lutz Rüdiger, 2000, 9). Многие ученые, среди которых философы, социологи, экологи считают, что спасение человечества могут обеспечить иная психология и новая мораль. Эрих Фромм писал об этой необходимости в таком драматическом тоне:


Впервые в истории физическое выживание человечества зависит от радикальных духовных изменений человека (Fromm Erich, 1986, 21).


Человеку непросто расстаться с традиционными взглядами и привычками, ему свойственна инерция мыслей и поведения. Чтобы радикальные изменения в человеческом обществе наступили, признанные и влиятельные авторитеты должны по-новому объяснять окружающий мир и человека в нем, отходя от механистических представлений о них, которые сложились в предыдущую историческую эпоху:


Механистическая картина мира была развита в 17-м веке в значительной степени под влиянием Галилея, Декарта и Ньютона. Декарт положил в основу своей картины мира фундаментальное разделение природы на две независимые составляющие: дух и материю. Материальный Универсум был по Декарту машиной… (Carpa Fritjof Ossip K. 1988, 219).


Галилей постулировал, что наука должна ограничиться исследованием важнейших свойств материальных тел, то есть формы, количества и движения, то есть тех, которые могут быть измерены и вычисленны. Другие свойства, например, цвет, тон, вкус и запах были только субъектами духовных проекций, которые из области науки должны быть изъяты… там же, 220)


Способ мышления Декарта и Галилея был триумфально усовершенствован Ньютоном, который развил точную математическую формулировку механической картины мира (там же).


Современная физика сделала большой шаг со времен Декарта и Ньютона и более не рассматривает материальный мир как механическую систему, но еще не построила четкой картины мироздания, рассматривая ее как комплексную ткань, или сеть отношений. Запутавшись в этих неясных отношениях, физики выдвигают идею "космического духа", которому эти отношения подчиняются (там же , 1988, 223-224, Smolin Lee. 1997, 17). Очевидно этот дух отражает какую-то одну сторону деятельности Бога.

Важность всестороннего познания Бога в последние десятилетия для многих мыслителей становится все более очевидной, хотя без участия самого Бога оно выходит за пределы человеческих возможностей. Колингвуд, например, утверждая непознаваемость сущности Бога, писал, что его характер как субстанция является "… не только не открытым для человеческого ума без Его помощи, но и даже неспособным быть показанным. Все, что мы можем знать о Боге, это – Его деятельность " (Колінгвуд Робін Дж., 1996, 103).

В принципе наука тем и занимается, что изучает деятельность Бога, особо не акцентируя конечную цель проводимых исследований. Характерным в этом плане является исследование космоса, которое дает материал для различных теорий о возникновения Вселенной, в частности для разработки теории "большого взрыва". В основе этой теории лежит экстраполяция в прошлое явление разбегания галактик, открытое американским астрономом Эдвином Хаблом. Метод экстраполяции в прошлое используется в исторической геологии и палеонтологии с той же целью – для выяснения вопроса о зарождении Вселенной и жизни в ней. Здесь кстати будет вспомнить слова известного физика, которые могут относиться к любым эволюционным процессам:


Мы не можем объяснить современную картину Вселенной, если у нас нет определенных представлений (или хотя бы гипотез) о начальных условиях ее эволюции (Сахаров А.Д. 1968, 74)


Однако физики, не имея реальной представления о начальные условия эволюции Вселенной, ищут их и не находя, вынуждены ставить себе вопросы, ответы на которые при современном состоянии физики могут быть только софистическими в духе Аристотеля. Например Эйнштейна всю жизнь волновал вопросы: Имел ли Господь выбор при создании мира? Являются ли законы, управляющие Вселенной уникальными или в другом случае они могли быть совершенно другими? (Рис Мартин, 2008, 33). Через пятьдесят лет Ли Смолин ставит вопрос, создал ли Бог законы природы тогда, когда творил мир, или они имеют определенную математическую форму, фиксированную в каких-то абстрактных принципах (Smolin Lee. 1997, 17). Фактически эти мыслители, задавшись очень сложным вопросом как Господь творил мир, ищут на него ответ и не находят. Между тем, более плодотворными были бы ответы на вопрос что именно он творил. После получения наиболее очевидных на него ответов можно будет переходить к более сложним и взаимосвязанным между собой вопросам, таким как зачем и почему. Конечно, полные ответы на них ни одна наука не даст, но некоторые продукты творение Господа можно искать в геологической истории нашей планете и в предыстории человечества, которые хотя и не смогут дать нам релевантных данных о создании Вселенной, но о создании Земли и ее обитателей все же многое сказать могут.

В своей предыстории человек и человеческое общество развивались органически по замыслу Божьему, а люди еще не имели достаточных возможностей влиять на этот процесс. Важнейшие достижения человечества, такие как изобретение языка и искусственных орудий труда, использование огня, открытие собственного самосознания и самосознания других людей были сделаны именно в древности. При этом речь была древнейшим достижением и именно тем, которое глубоко укоренено в нашем генетическом наследии (Popper Karl R. 1988, 37). Память о достижениях человечества сохраняется в мифах и легендах многих народов. Соответственно, историческое языкознание и мифология должны дать ответ, насколько эти человеческие изобретения были инспирированы Богом.

Как и в астрономии, для исследования писаной истории мы можем иметь целый ряд инструментов, применение которых и взаимодополнения результатов, полученных благодаря им, позволит нам составить достаточное представление о недавнем прошлом. Для ответа на вопрос, что было до момента максимальной плотности, физики ищут инструменты анализа накопленных данных наблюдений, то же самое относится и к реконструкции предысторических процессов. Здесь исходными данными являются предметы материальной культуры древних и большое количество языков, корнями своими уходящими в доисторическую эпоху. Объединение усилий археологов и лингвистов может обеспечить воспроизводство начального этапа этногенетических процессов, но если археология нашла методы исследования древних культур, то лингвистика находится только на этапе их поиска.

В настоящее время ученые прогнозируют новый расцвет математики в ближайшие 50 лет как в уже существующих ее разделах, так и вновь созданных. Среди прочего, к 2050 году прогнозируется появление математической теории, описывающей взаимодействие и динамику сложных систем. Она будет использоваться в науках, имеющих дело с большим количеством относительно простых компонентов, взаимодействущими между собой простыми способами. Такие сложные системы возникают в биологии, финансовой деятельности, социологии, даже в искусстве и политике(Стюарт Ян. 2008, 44-45). Подобную систему можно создать и в лингвистике для точного определения взаимных отношений родственных языков на основе большой массы их общих признаков. Именно для исследования такой системы был использован графоаналитических метод (Стецюк Валентин. 1987), в основе которого лежит построение специального графа, еще подробно не изученного в теории, но который предварительно можно назвать "взвешенным". Результаты полученные с помощью этого метода дали определенную основу для представленных здесь соображений.

Поставив перед собой вопрос, что именно создал Господь, логично искать на него ответ, как уже указывалось, начиная с наиболее очевидных фактов, в первую очередь принимая во внимание особенности земной поверхности и людей, которые ее населяют. Если говорить об особенностях человека как биологического вида, то более всего бросается в глаза наличие трех отличных между собой антропологических рас. Пытаясь найти ответ на вопрос, почему так задумал Господь и представляя себе в общих чертах предысторические этногенетические процессы, делаем предположение, что Он исходил из идеи структурирования будущего человеческого общества. Первым шагом при реализации этой идеи как раз и стало разделение человеческого вида на три расы. Белая, желтая и черная расы были распределены на земном пространстве отдельно, но без непреодолимых границ, что давало возможность метисации, которая обеспечивала дополнительную изменчивость и полиморфизм человека, необходимых для его эволюции, как это известно из биологии. Однако значение этого процесса выходит за ее пределы:


Не только биологам, но также философам и политикам следует понимать истинную цену однообразия: изменение внешней среды может уничтожить всех представителей данного вида, если они идентичны (Роллер Энн, 1978).


Однако метисация рас в течение длительного времени могла бы постепенно привести к в значительной степени однородному по своим антропологическим признакам населению Земли, и это могло навредить развитию человека, если бы не происходило структуризации человеческого сообщества по другим признакам. Одновременно с его антропологической структуризацией началась социальная структуризация по вертикали и горизонтали. Самыми мелкими структурными элементами были родовые общины, среди которых выделялась родовая знать. Конкуренция между отдельными общинами в борьбе за выживание приводила к их интеграции в более крупные объединения, связанные общим языком, который обеспечивал такой процесс благодаря своим коммуникативным возможностям. Формирование отдельных языков происходило в географических ареалах с достаточно выраженными природными границами, которые ограничивали контакты между отдельными группами людей и соответственно мешали распространению на более широком пространстве создаваемых в разных местах новых языковых форм.

Эти ареалы были названы этноформирующими, поскольку формирование различных этносов или этнических групп происходило на них неоднократно. Совокупность таких ареалов занимает территорию, которая в несколько раз превышает площадь каждого из них. Соответствующих мест на земной поверхности несколько – в бассейне Верхнего и Среднего Днепра, в бассейне правых притоков Волги, в междуречье Днепра и Дона, в бассейне Амура и в районе озер Ван, Севан, Урмия в Закавказье. Особенности рельефа этих территорий таковы, что трудно предположить их случайное происхождение, без воли Небесного Архитектора. Этноформирующие ареалы стали следствием управляемых геологических процессов, в ходе которых возникали горные цепи и речная сеть, ставшие в конце концов границами этих ареалов. Так же деяниями Божьими, направленными на обеспечение этнического многообразия по принципу полиморфизма, надо объяснить конфигурацию и особенности ландшафта Европы, повлекших здесь формирование и развитие многочисленных народов с древнейших времен. Нигде в мире нет такого количества небольших горных массивов сложной складчатости, таких как Ардены, Вогезы, Гарц, Рейнские сланцевые горы, Рудные горы, Судеты, Товтры, Шварцвалд и др. Так же Европа по сравнению с другими континентами имеет наиболее расчлененную береговую линию.

Таким образом, принципы структурирования и полиморфизма является идеями заложенными Богом в основу создания земной цивилизации и человек не может их игнорировать. Глобализация противоречит этим принципам и поэтому не будет способствовать прогрессу. Опыт отдельных культур включает в себя две большие категории – опыт приобретенный и опыт унаследованный. При этом приобретенный опыт, наиболее значимые достижения которого распространяются по всему миру и способствуют глобализации, в большой степени сужает творческую инициативу, мешает проявлениям оригинального мышления, ограничивает рамки поиска новых путей в науке, культуре и технике. Напротив, опыт унаследованный может быть базой для новых творческих поисков и одновременно обеспечивать тем поискам оригинальность способов и путей. Однако, нельзя исключать того, что в унаследованном опыте отдельных народов могут быть бесперспективные достижения, поэтому в их интересах избавляться от такого опыта, усваивая достижения других культур.

Подобно тому, как Господь не может не помочь человеку познать Его самого, Он не может оставлять без внимания религиозные верования человека. Каждая религия является творением человеческого духа, возникает после озарения отдельного человека, когда тот по-своему понимает Бога, но Господь не может полностью доверить людям идейный смысл религий, поскольку они влияют на человеческую деятельность и могут пойти против замысла Божьего. А если мир не был задуман человеком, то он не должен развивать его по собственному усмотрению вопреки воли Бога, а должен стремиться стать Его помощником.

Развитие представления Бога человеком можно проследить, сравнивая религии предысторических время с религиями Востока, иудаизмом, традиционным христианством, исламом, реформированными христианскими церквями. Боги первобытных людей были жестокими существами, расположение которых надо было заслужить жертвами, иногда даже человеческими. Особенностью религий является то, что их догматика практически не меняется, так как различные изменения расшатывают авторитет духовных авторитетов, в то время как он должен оставаться незыблемым и поддерживаться давней традицией. Изменения в духовной сфере отдельных человеческих обществе под влиянием Божьей воли ведут к возникновению новых, более совершенных, более гуманистических религий. Они распространяются только там, где люди готовы воспринять новые, прогрессивные идеи. Духовными изменениями человека на протяжении тысячелетий, которые отражались в иудаизме, буддизме, индуизме, конфуцианстве, было подготовлено восприятие Бога как любящего отца. Однако христианство не стало универсальной религией, некоторые народы не воспринимали его на протяжении веков, или его догмы переосмысливалось как в более поздних религиях, так и в самом христианстве, чему свидетельствуют разделение Церквей и Реформация. Очевидно, универсальной религии не может быть вообще, потому что в наше время большинство религий теряют свой былой авторитет. Однако универсальная категория, формирующая мораль в обществе, должна существовать, поскольку его упадок человечества не может допустить Господь. Такой универсальной категорией должна стать человеческая совесть.

Невозможно себе представить, что у человека совесть могла развиться только под влиянием жизненных обстоятельств или внешней среды при постоянной борьбе за выживание. Совесть как способность человека к самооценке, очевидно, развилась из чувства стыда, который удерживает от определенного рода поведения, которое может считаться недостойным в глазах других. Известно, что у животных стыда нет, не было стыда и у первобытного человека и факт его появления зафиксирован в Библии. Однако в Ветхом Завете слово «совесть» не встречается, что может свидетельствовать о развитии этого человеческого качества в более поздние времена. Первым среди апостолов соответствующее греческое слово начинает использовать св. Павел и дальше оно уже достаточно часто встречается в текстах Нового Завета. В дальнейшем времени значение совести осознавалось всеми современными религиями, но наиболее глубокое ее понимание началось совсем недавно. В пастырской конституции Второго Ватиканского Собора "Радость и надежда", проходившего с 1962 по 1965, мы находим такие слова:


В глубине своей совести человек открывает закон, который он не сам себе дал, но которому он должна повиноваться и голос которого, всегда призывает его любить и творить добро, а зла избегать, отзываться, когда нужно, в его сердце: вот это делай, а вот этого избегай. Ведь в сердце человека – написанный Богом закон, в повиновении которому заключается все его достоинство и по которому он будет судим. Совесть – самое сокровенное ядро человека, его святая святых, где он остается наедине с Богом, Чей голос звучит в глубине его души («Gaudium et Spes», 16).


Познавая идеи и и деянии Бога, реставрируя предысторию, мы можем стать добровольными помощниками Бога, закладывая основы будущего человечества по Его замыслу. Будущее всегда интересовало человека:


Нет такого народа, в сказаниях которого, передававшихся из поколения в поколение, не содержалось бы попыток предугадать дальнейшие судьбы людей. Многие мыслители минувших веков задавались этим вопросом. Но подобно тому, как прошлое человечества долго представлялось людям в фантастическом свете мифов и легенд, будущее столь же фантастически представлялось им либо в виде религиозных учений о "конце света", либо в виде социальных утопий (Бестужев-Лада И.В., 1968, 16).


Попытки предвидеть будущее не прекращаются до сих пор, хотя теперь они подаются как "научное прогнозирование", в котором нет места идеям и замыслу Божьему. Примером "теоретического обоснования" неизбежного будущего человечества было атеистическое учение Маркса-Энгельса, которое под давлением обстоятельств модернизировалось другими теоретиками. Правда они хорошо понимали, что современность – это продукт истории, поэтому история была предметом тщательного, хотя и предвзятого изучения. Исторические события формируют современность двояким способом. С одной стороны, их цепочка обусловливается объективным причинно-следственной связью. А с другой, наше субъективное представление о прошлом влияет как на императив актуального поведения отдельных людей, так и на политику целых государств и тем самым участвует в формировании современности. Представление о нашем прошлом формируют историки, которых условно назовем наблюдателями. Из квантовой механики известно, что наблюдение за физическим процессом искажает его течение. Так же и наблюдатель-историк искажает картину нашего прошлого, правда, иногда сознательно. И картина, им изображенная, воспринимается людьми как действительная. Правда, историков много, они могут рисовать разные картины, но для руководства к действию берутся те из них, которые больше соответствуют политическим или иным целям.

В основе любого знания лежит вера, более того, как указывал папа Иван Павел ІІ, именно вера заставляет разум находить истину, преодолевая всевозможные препятствия. Однако, как заметил Фрэнсис Бэкон еще 400 лет назад, человек склонен верить в то, что предпочитает, в то время как истина не всегда может быть ему интересной или полезной. Особенно это касается вопросов о происхождении народов и их ранней истории. Мифическая историография может больше удовлетворять человека, чем необычные и непризнанные результаты, которые противоречат традиционным представлениям. Однако при ошибочном представлении о предыстории народов причинно-следственная связь между доисторическими и историческими событиями может быть только надуманным и научная ценность ее будет равняться нулю. И наоборот, достоверные данные о предыстории какого-либо народа могут быть хорошей посылкой для дальнейших умозаключений. Для предыстории достоверными данными могут быть результаты, полученные с помощью графоаналитического метода, которые позволяют находить первоначальные места поселений древних народов и определять этническую принадлежность археологических культур, а по ним и особенности духовного мира их создателей. А как древнейшие слова закладывают основы языка и существенно влияют на его дальнейшее развитие, так и духовная культура древних народов является почвой, на которой развиваются этнопсихологические черты, национальный характер, ментальность, мировоззрение их потомков как первооснова их исторических судеб. Попробуем продемонстрировать на примере европейцев, почему их предыстория определила их исключительную роль в событиях второго тысячелетия. Ведь не секрет, что развитие капитализма и связанные с ним глобальные геополитические процессы имели свои корни в недрах Западной Европы.

Однако тысячу лет назад ничего не предвещало, что Европа скоро будет выходить на первые позиции в мире. Современникам казалось, что Римская империя пала навсегда, а ее потомок Византия не могла противостоять натиску мусульманского мира, который кроме военных успехов демонстрировал также большие культурные и научные достижения. Однако напор турок-османов, который закончился взятием Константинополя в 1453 году, оказался тем вызовом, который привел в действие пробудившиеся в эпоху Возрождения черты европейского характера. Несмотря на угрозу турецкого нашествия и исламизации христианского мира (а, возможно, и под влиянием этих процессов) в Европе возникают идеи веротерпимости и отказа от ведения войн на религиозной почве. Впервые они были высказаны Николаем Кузанским (1401 – 1464) вскоре после падения Константинополя в работе "De pace fidei" (О мире или согласии веры). Символично, что в 1453 году в Европе произошли еще два события, последствия которых в значительной степени определили ход дальнейшей мировой истории. Первым событием стало окончание Столетней войны, ход которой оказал большое влияние на развитие новых видов вооружения и войск. Этот прогресс в большой степени позволил противостоять османской агрессии, а также способствовал будущий европейской завоевательной политике. Вторым событием стал выход в свет первых экземпляров Библии Иоганна Гутенберга, что активизировало духовную силу Западной Европы. К концу века существовало уже около двухсот типографий, которые выпустили около 40 тыс. изданий тиражом 12 млн экземпляров. Такое массовое чтение книг стимулировало развитие философской мысли, и в самом начале 16-го века уже появляютьcя произведения первых западноевропейских гуманистов, которые были определяющими для развития европейской культуры и науки – "Похвала глупости" Эразма Роттердамского, "Письма темных людей" анонимных авторов, среди которых был Ульрих фон Гутен, "Глазное зеркало" и "Письма знаменитых людей" Иоганна Рейхлина", "Золотая книга об острове Утопия" Томаса Мора, "Гаргантюа и Пантагрюэль" Франсуа Рабле и др. Тезисы Мартина Лютера только потому были поддержаны широкими массами, что были распечатаны большим тиражом, и этим был обеспечен успех реформации. Большое значение для развития науки имел выход книги Николая Коперника "О вращении небесных сфер", которая была опубликована тиражом 1000 экземпляров в 1543. Вопреки распространенному мнению, книга Коперника заинтересовала Католическую Церковь, которая после новых расчетов, составленных на основе теории Коперника, провела в 1582 реформу календаря.

В 15-м в., а фактически после плаваний Христофора Колумба и Васко да Гамы началась Эпоха Великих географических открытий, которая охарактеризовалась угнетением и уничтожением населения открытых земель. И здесь проявились две противоположные черты европейского характера. Против жестокого обращения завоевателей восстали гуманистические убеждения отдельных европейских интеллектуалов. Первым поднял голос в защиту индейцев и против методов их христианизации испанский богослов и юрист Франциско де Витория (1486-1546). Его последователь Бартоломе де лас Касас (1484 – 1566) занятий более решительную позицию и в письме к императору Карлу V писал:

Причиной, по которой христиане потеряли и уничтожили такое большое, безграничное число душ, в конечной цели было просто получение от индейцев их золота, чтобы обогатиться в самое короткое время, увеличить свое состояние без соответствия роду или происхождению. Следует отметить, что такого размера ненасытной жадности и амбиций мир еще не видел. Все индейцы всех Индий ни разу не сделали христианам ничего плохого или вредного, а долго считали их посланцами небес и богов, пока они сами или их соседи не получили взамен от христиан массу вреда, воровства, убийств, насилия и других неприятностей (de las Casas Bartolomé).


Среди последователей Франциско де Витория был также нидерландский юрист Гуго Гроций, который считается основоположником современного международного права. Протест против нечеловеческого отношения к аборигенам проявляли и другие европейские деятели и такая позиция свидетельствует об определенную тенденции в среде европейской интеллектуальной элиты к ограничению политики правовыми и этическим нормам. Но никак нельзя утверждать, что эта тенденция превалировала в ментальности европейцев. Она пробивала себе дорогу в атмосфере господствующего в то время в Европе ригоризма духовной жизни. В той же Испании незадолго перед плаванием Колумба была реорганизована папская инквизиция, деятельность которой приняла жестокие формы в фанатичной борьбе с ересью. И такие формы воспринимались в общественном сознании как вполне нормальные и даже были популярны среди массы христиан Испании.

Единичные проявления стремления руководствоваться в общественной жизни правовыми нормами, толерантностью к другому, очевидно, отражают определенную черту среди европейцев, благодаря которой получили развитие идеи гуманизма, берущих свое начало в Европе со времен Возрождения. Рожденные в головах гениальных мыслителей, они, тем не менее, находили достаточно широкий отклик. Ничего подобного мы не наблюдаем в цивилизациях других миров. Можно думать, что гуманистическая идея может быть связана с христианским учением, широко воспринятым в Европе, но можно и предполагать, что само распространение христианства в Европе связано с психологическим архетипом европейцев. Ведь эта религия, несмотря на усилия миссионеров, не была в большой степени воспринята в цивилизованных странах Азии. Генрих Гейне когда-то заметил, что окончательная судьба христианства зависит от того, нуждаются ли в нем люди или нет. Очевидно нуждались не все.

Если принять отличие в этнопсихологии народов Европы и Востока и с этой точки зрения посмотреть на исторические события Древнего мира, то можно заметить, что в противовес традиционному деспотизму азиатских монархов завоеватели, пришедшие в Азию в начале I тыс. до Р.Х, демонстрируют более мягкие формы правления. Персы, завоевав всю Переднюю Азию, объединили ее в одной империи, представлявшей "синтез ближневосточный политической и культурной традиции под единым правлением, который добился стабильности не благодаря военному террору, а благодаря толерантности" (Holister C.W. 1991, 57). В частности, в то время евреи получили разрешение вернуться на родину, что помогло сохранить их национальную и религиозную идентичность, столь важную для дальнейшей истории человечества. Одновременно тогда же персы позволили реставрацию некоторых египетских и греческих храмов. Персидские "цари царей" не претендовали на божественное происхождение, как это до того имело место в Азии, а лишь утверждали свое божественное предназначение. Правда, они имели абсолютную наследственную власть, но в государственном аппарате был также совет, который составляли семь представителей висшего дворянства, а в провинциях большие полномочия имели губернаторы, так называемые сатрапы, хотя за их правлением наблюдали специальные инспекторы – "глаза и уши царя". Таким образом мы на примере этого государственного образования видим не только проявление толерантности, но также и элементов демократии, неизвестной в других азиатских государствах. Такая разница в форме государственного устройства очевидно уже тогда была обусловлена ​​разницей в ментальности и психологии тогдашних европейских и азиатских народов.

Показательно, что только в Европе развился такой жанр литературы как утопия, начало которому было положено еще в Древней Греции, где Платон задумывался над идеальным устройством человеческого общества. Результатом его размышлений была работа "Государство", которая, с нашей точки зрения, является полной утопией, но тогда еще не существовало такого понятия. Оно появляется в эпоху Возрождения после написания Томасом Мором упоминавшегося выше романа об острове Утопия, на котором действовала политическая система, построенная на рациональных, но глубоко гуманистических принципах. Роман дал толчок к развитию такого течения европейской общественной мысли как утопический социализм, последователями которого были Кампанелла, Фрэнсис Бэкон, Кабе и многие другие. Роль и значение этого течения в истории российский философ Бердяев оценил так:


Утопии играют огромную роль в истории. Их не следует отожествлять с утопическими романами. Утопии могут быть движущей силой и могут оказаться более реальными, чем более разумные и умеренные направления. Большевизм считали утопией, но он оказался реальнее, чем капиталистическая и либеральная демократия… Человек, раненный злом окружающего мира, имеет потребность вообразить, вызвать образ совершенного, гармонического строя общественной жизни. Прудон, с одной стороны, Маркс, с другой стороны, должны быть признаны в той же мере утопистами, как Сен-Симон и Фурье. Утопистом был и Ж.-Ж. Руссо. (Бердяев Н. 1951, 156-157).


Развивая идеи античных философов, европейские ученые истоки разницы в национальных характерах отдельных народов еще со времен Шарля-Луи Монтескье (1689 – 1755) ищут в реакции людей на воздействия окружающей среды, сначала только климата, а позже и других природных условий. Генри-Томас Бокль (1821 – 1862) выделял три типа среды с учетом климата, плодородия почв, ландшафта, характера морского побережья и т.д., условия, которые он считал решающими факторами в формировании психического и физического строения человека, а также его социальной организации (Бокль Г.Т.. 1863, 29). В целом он, да и многие другие исследователи, считали, что слишком суровая среда угнетает человека, а слишком благоприятная расслабляет, и, как следствие, в обоих случаях ограничиваются рамки его деятельности для изменении условий жизни. Подробно влияние среды на развитие цивилизаций рассматривает А. Дж. Тойнби, который сформировал теорию "вызов-ответ", согласно которой человек вынужден и имеет возможности преодолевать неблагоприятные природные явления (Тойнби Арнольд Дж.. 1995, 97-133). Цивилизация развивалась успешно там, где человек имел необходимость и мог успешно противостоять силам природы, то есть в основном в умеренном поясе с ограниченными продовольственными ресурсами. Здесь человек в борьбе с голодом и холодом должен был изобретать новые средства производства, методы хозяйствования, технологии и материалы, что активизировало его разнообразную деятельность и развивало гибкость ума.

Само понятие разума несколько туманно, но оперировать им в определенной степени можно, если показать, что и "ум" формируется под влиянием географических особенностей. Предки современных индоевропейцев, тюрков и финно-угров в далекие доисторические времена прибыли в Восточную Европу из Закавказья, где они проживали в тесном соседстве в одинаковых географических условиях и, очевидно, имели одинаковый "ум". Но их потомки теперь имеют отчетливо различные культуры и нельзя иначе объяснить причины этой разницы между ними, как только влиянием различных географических условий, при которых они проживали позже. Особенно это касается европейцев, поэтому ученые ищут причины их лидерства, в частности, в экономической географии и истории. Возможно, Ю. Павленко оценивая значение предыстории человечества для его дальнейшего развития, предоставляет слишком большое значение совсем глубоким эпохам, но в той или иной степени такого взгляда, с его точки зрения, придерживалось достаточно много исследователей:


… вся цивилизационная история является чем-то вроде вершины айсберга, основной массив которого сопоставим с эпохой охотничье-собирательской первобытности. Именно там закладывались архетипические основания современной культуры, что неоднократно отмечалось Э. Тейлором, Э.Дюркгеймом, З. Фрейдом, К. Юнгом, К. Леви-Строссом, М. Моссом и многими другими выдными исследователями и мыслителями, имевшими достаточное представление о первобытной эпохе (Павленко Ю.В. 2004, 110).


Признавая роль природных условий в формировании психично- соматических качеств человека, следует иметь в виду, что сформированные под влиянием окружающей среды определенные черты физического строения и характера передаются от поколения к поколению генетически или другими механизмами, которые теперь изучает эволюционная психология:


Генетика поведения изучает основы поведения и все. что с ним связано, – психические заболевания,склонность к разводу, политические предпочтения и даже чувство удовлетворенностью жизнью. Эволюционная психология ищет механизмы, посредством которых эти признаки переходят от поколения к поколению. Оба подхода предполагают, что в формировании поведения, мыслей и эмоций участвует природа и воспитание, но в отличии от практики двадцатого века нынче природе отдается предпочтение (Чиксентмихайи Михай. 2008. 89) .


Что же касается древнейших индоевропейцев, то, реставрируя картину их общественных отношений, верований и форм культурной жизни, Ю. Павленко выходит из положения, что их "хозяйственная деятельность была ориентирована в основном на животноводство" (Павленко Ю.В. 2004, 229 ). Он объясняет экспансию скотоводческих племен индоевропейцев использованием лошади при расширении площади и поисков новых пастбищ. Верховая езда, наезды на соседей с целью угона скота вели к перераспределению богатства, социальному расслоению общества, образованию племен под руководством вождей, которые одновременно были и первосвященниками. Ясно, что такой образ жизни должен формировать у скотоводов психологические черты отличные от тех, которые имели, скажем, земледельцы. Когда же оказывается согласно проведенным исследованим, что древние индоевропейцы скотоводами не были, то из этого следует два вывода. Во-первых скотоводство само по себе не развивает черты, характерные для индоевропейцев, тем более, что другие народы, в древности бесспорно животноводством занимавшиеся, обнаруживают черты отличные от индоевропейцев. И, во-вторых, определенным чертам индоевропейцев надо искать другое объяснение.

Индоевропейцы, которые были предками большинства современных европейцев, с 5-го тысячелетия до н.э. заселяли бассейн среднего и верхнего Днепра с разветвленной речной сетью. Условий для развития животноводства и земледелия здесь не было, но тем не менее, количество индоевропейцев со временем настолько выросла, что они начали свою экспансию в Центральную и Южную Европу, Малую и Центральную Азию. Очевидно, они имели в своих старых землях достаточную базу продуктов питания. Охота такую продовольственную базу обеспечить не могло, тем более – собирательство. Остается предполагать, что свое количественный рост индоевропейцы обязаны рыболовству, для развития которого здесь были прекрасные условия.

Представим себе, как занятия рыболовным промыслом влияет на развитие психологических качеств людей, которые им занимаются. Природные ресурсы воспринимались человеком иначе, чем продукты собственного производства, особенно, когда они имеются в достаточном количестве. Если продукты земледелия и скотоводства тесно связаны с производителем и формируют понятие собственности, которую надо защищать от посягательств агрессивных или завистливых соседей, то рыбные запасы рек и озер воспринимаются людьми как дар небес, за обладание которым не надо бороться с соседом, ибо рыбных угодий в то время на указанной территории было достаточно. Такая ситуация не развивала в людях чрезмерной агрессивности, скорее вела к формированию относительно миролюбивых черт характера. Рыболовством можно заниматься как индивидуально, так и коллективно. Это формирует в людях черты независимости, самодостаточности, а вместе с тем обеспечивает при необходимости умение достигать цели объединенными усилиями. В таких условиях роль одного лидера в хозяйственном жизни существенно уменьшается. Зато свои лидерские качества человек может проявить в духовной сфере. Отсюда переплетение светской и духовной власти, о котором пишет, но не объясняет его причин Ю.Павленко (Там же, 230). Не зная точно предыстории индоевропейцев, а лишь полагаясь на ошибочные утверждения Т.В. Гамкрелидзе и Вяч. Вс. Иванова, он, рисуя духовный мир индоевропейцев, дает полную свободу своей фантазии, впрочем, как и многие другие философи.

Но перейдем к другой черты европейцев, которую можно охарактеризовать как рационализм. О нем много говорит Макс Вебер в своей работе "Протестантская этика и дух капитализма". При этом он подчеркивает, что рационализм может проявляться в различных формах и сферах человеческой деятельности. Он посылается на рационализм экономики, техники, научных исследований, воспитания, войны, права, управления, говорит о рациональном использовании капитала и распределения материальных благ и подчеркивает, что рационализм понятие историческое, которое содержит в себе "целый мир противоположностей". По его мнению рационализм в различных формах присущ всем европейцам, но жизнь можно рационализировать с разных точек зрения, поэтому он разделяет рационализм католического и протестантского миров Европы. Если рационализация частного права, основанная на праве римском, пустил свои корни в католических странах Южной Европы, то неприсущей католикам склонности к экономическому рационализму проявляли протестанты Северной Европы. Указывая на успехи протестантских народов и на протестантов среди владельцев капитала, предпринимателей, высших квалифицированных слоев рабочих, он приходит к выводу, что причиной этого является протестантская этика.

Однако сам Вебер подчеркивает, что протестантизм его основателей Лютера, Кальвина, Нокса и Фоета был очень далек от того, что теперь называют "прогрессом" (Вебер М. 1950, 44). Это наводит на мысль, что развитие капитализма в странах Северной Европы связано не с переходом к протестантизму, а с рационализмом особого рода, который развился у более северных народов и проявил себя как в духовной, так и материальной сферах, поэтому следует признать, что протестантские церкви более "рациональны", чем католическая. Генрих Гейне в работе «К истории религии и философии в Германии" утверждает, что христианство в конце концов приняло в Европе ту или иную форму в зависимости от той народной веры, которая ему предшествовала. На севере в целом она была более пантеистична, чем на юге, с обожествлением многих явлений и элементов природы. Принятие христианства превращало обожаемую природу в демоническую. Однако, если на жизнерадостном по своей природе юге это превращение не могло быть легко и до конца воспринятым, то на севере мир дьявола стал таким же строгим и мрачным, как и сама северная природа. Именно разница в представлениях об Антихристе, по мнению Гейне, стала причиной зарождения Реформации. (Heinrich Heine. 1966, 60-70). Точно так же суровые природные условия и климат сформировали у народов Северной Европы такое общественное сознание, в котором рациональная составляющая была более выражена, чем у народов юга.

Индоевропейцы расселялись по широким просторам Европы и в Азии в разное время и формирование народных верований также проходило в разное время и в разных природных условиях, чем и объсняется разница в этнопсихологии различных европейских народов. Также в процессе этих расселений они впитали в себя больше или меньше этнических групп другой культурной традиции, в иных местах они ассимилировались среди автохтонного населения. Поэтому мы сейчас не можем говорить о каких-то типичных психологических чертах европейцев, можно только утверждать, что определенные из них у них более выражены, чем у других народов, а какая-то часть европейцев может проявлять черты в целом не выраженные у остальных.

Возможно, есть еще одна черта европейцев, которую можно в целом охарактеризовать, как неугомонность, стремление к новым поискам и открытиям. В частности, она ярко проявилась в период великих открытий. Гуннар Гайнзон связывает активность португальцев и испанцев в этот период с явлением, которое он называет youth bulges, что можно перевести примерно как "молодежный перекос" в демографической структуре общества, когда в нем молодежь составляет непомерно большую долю. Наделенное энергией и амбициями, "чрезмерное количество молодых людей с таким же успехом, как и всегда, приводит к кровавым экспансиям, так же как к созданию и разрушения империй" (Heinson Gunnar. 2006, 11). На многочисленных примерах разного времени для разных народов он доказывает этот тезис и это выглядит довольно убедительно, но для европейцев такое объяснение является убедительным не всегда. Например, русские казаки, начиная с конца 16-го века и в течение следующего покорили огромные территории Сибири и Дальнего Востока без особой на то причины, в то время как могли использовать свою энергию для других целей. К тому же никакого нарушения демографической структуры населения в России в то время не наблюдалось. В противоположность этому Китай, где демографические перекосы были обычным явлением с древнейших времен, покорять соседние северные земли никогда не собирался. Трудно ожидать каких-либо авантюр от людей, которые исповедуют даосизм с его принципом у-вэй, что в дословном переводе означает "недеяние" в смысле отрицания целенаправленной деятельности, противоречащей естественному ходу событий. У европейцев же готовность идти на риск ради сомнительного успеха проявлеласть в истории очень часто и эта черта тоже должна иметь какое-то объяснение.

Представляя себе в общих чертах этногенетические процессы в Европе, можно утверждать, что по сравнению с другими континентами, они имели более сложный характер. На протяжении тысячелетий по территории Европы прокатывались волны переселенцев разного этнического происхождения, оставляя свой вклад в процесс интеграции элементов различных культур в общеевропейскую цивилизацию. Опыт отдельных культур включает в себя две большие категории – опыт приобретенный и опыт унаследованный. При этом позитивные достижения накопленного опыта наследуются если не генетически, то механизмами эволиционной психологии. Признание этого факта имеет не только теоретическое, но и практическое значение для современных международных отношений, мирный характер которых затрудняют мировоззренческие разломы особенно между христианским и мусульманским мирами. У некоторых народов мира развит комплекс неполноценности и они ищут собственное величие в мифическом прошлом и такие попытки закономерно вызывают скепсис, что только усиливает отчуждение между народами и активизирует нездоровые амбиции. Человечеству нужно осознать, что на протяжении его существования культурное лидерство переходило от одних народов к другим и каждый из них имеет свой шанс в будущем.

Идеи, зародившиеся в Европе, воспринимаются и распространяются по всему миру, а в самой Европе они развиваются и приобретают новые формы. Однако в настоящем Европа переживает определенный моральный кризис и можно предполагать, что некоторые старые, но доведенные до крайности и абсолютизированные идеи приобрели угрожающий для мировой цивилизации характер. Следует признать, что будущее человечества совершенно неопределено и не исключено, что скоро ведущую роль в мире будут играть не европейцы, и даже не американцы, а народы других континентов, придерживающиеся мировосприятия, отличного от европейской традиции, но не противоречащее идеям и замыслам Божьим. Понимание закономерностей развития отдельных составляющих в духовной сфере разных народов на основе анализа их предыстории может помочь прогнозировать будущее человечества и вносить необходимые коррективы как в основы общественного поведения отдельного человека, так и в планирование развития отдельных народов их интеллектуальной элитой.




Литература


Сокращения


БН – Международный ежегодник "Будущее науки". Выпуск второй. 1968. Москва. "Знание"

БНXXI – Брокман Джон (ред). 2008. Будущее науки в XXI веке. Москва. (Переклад з англійської).

NFY – The Next Fifty Years. Edited by John Brockman. 2002. New York.

PMF – Збірка праць "Pläne für eine menschliche Zukunft". Herausgeben von Rüdiger Lutz. Auswahl aus den Öko-Log. Bücher 1,2 und 3, erscheinen bei Beltz 1981, 1983 und 1984.


Бердяев Н. 1951. "Царство духа и царство кесаря". Париж.

Бестужев-Лада И.В. 1968. Будущее человечества как предмет научных исследований. БН.

Бокль Г.Т. 1863.Исторія цивилізаціи въ Англіи. Санктпетербург.

Вебер М. Протестантская этика и дух капитализма

Гудвин Брайан. 2008. В тени культуры. БНXXI. Москва.

Колінгвуд Робін Дж. 1996. Ідея історії. Київ.

Назаретян А.П. 2004. Цивилизационные кризисы в контексте Универсальной истории. Москва.

Павленко Ю.В. 2004. История мировой цивилизации. Киев. "Феникс".

Рис Мартин. 2008. Загадки космологии: Одиноки ли мы во Вселенной? БНXXI. Москва.

Роллер Энн. 1978. Открытие основных законов жизни. Москва.

Сахаров А. Д. 1968. Симметрия ВселенноЙ. БН.

Смолин Ли. 2008. Будущее ВселенноЙ. БНXXI. Москва.

Стецюк В.М. 1987. Определение мест поселения древних славян графоаналитическим методом. Известия Академии Наук СССР. Серия литературы и языка. Том LХIV. №1.

Стюарт Ян. 2008. Математика 2050 года. БНXXI. Москва.

Тойнбі Арнольд Дж. 1995. Дослідження історії. Том 1. Київ "Основи".

Чиксентмихайи Михай. 2008. Будущее счастья. БНXXI.


Carpa Fritjof Ossip K. 1988. Krise und Wandel in Wissenschaft und Gesellschaft. PMF.

Flechtheim Ossip K. 1988. Plädoyer für eine neue Futurulogie. PMF.

Fromm Erich. 1986. Haben oder Sein. Die seelischen Grundlagen einer neuen Gesellschaft. München.

GAUDIUM ET SPES. 1965. пастирська конституція Другого Ватиканського собору Католицької церкви.

Heine Heinrich. 1966. Zur Geschichte der Religion und Philosophie in Deutschland. Leipzig.

Heinson Gunnar. 2006. Söhne und Weltmacht. Berlin.

Hoffmann Julia. 2014. Das Wirken Gottes innerhalb eines evolutiven Weltbildes. Zur Erlangung des akademischen Grades eines Doktors der Philosophie. Institut für Katholische Theologie der Pädagogischen Hochschule. Karlsruhe.

Holister C.W., 1991. Roots of the Western Tradition.

de las Casas Bartolomé. 1542. A short Account of the Destruction of the Indies.

Lutz Rüdiger. 1988. Total 2000. PMF.

Popper Karl R. 1988. Abschied vom materialistischen Weltbild. PMF.

Smolin Lee. 1997. The Life of the Cosmos. New York. Oxford.

Smolin Lee. 2002. The Future of the Nature of the Universe. NFY.

WEBER MAX. 1950. The Protestant Ethic and the Spirit of Capitalism. New York. London





Free counter and web stats            

           

Предыдущая статья | Перечень статей | Следующая статья

Понравилась страница? Помогите развитию нашего сайта!

© 1978 – 2017 В.М.Стецюк

Перепечатка статей с сайта приветствуется при условии
ссылки (гиперссылки) на мой сайт

Сайт живет на

Число загрузок : 3337

Модифицировано : 8.07.2017

Если вы заметили ошибку набора
на этой странице, выделите
её мышкой и нажмите Ctrl+Enter.